Кумир последней трети XX века, автор книг «Затоваренная бочкотара» и «Московская сага» в романе «Редкие земли» (2006 г.) выбрал в качестве героев произведения самого себя, под видом повествователя истории, пожилого русского литератора Окселотла (так и просится на язык Ланселлот) и прекрасного юношу Геннадия Стратофонтова, ставшего из пионера, комсомольцем. А из комсомольского функционера превратившегося в олигарха Гена Стратова, занимающегося редкоземельными металлами. Причём повествование начинается с того, что олигарх Стратов сидит в тюрьме и надежд на его законный выход на свободу нет. Остаётся только побег!
Команда олигарха, во главе с его женой и его любовницей готовят нападение на самую неприступную бастилию России для освобождения узника совести... А далее, повествователь Окселотл (читай Аксёнов) рассказывает нам о трудном и рискованном восхождении российского олигарха на тот самый Олимп, который и довёл его до тюрьмы.
Делает это писатель как через повествование рассказчика, так и путём показа фрагментов прошлой жизни Стратова.
За центральным персонажем «Редких земель» угадывается Михаил Ходорковский. Причём писатель взял героя из своей ранней повести «Мой дедушка — памятник» (1972 г.), рассказывающей об удивительных приключениях ленинградского пионера Геннадия Стратофонтова, чуть-чуть укоротив его фамилию до Стратова. Из той же повести в роман перекочевали и некоторые другие персонажи. Идея интересная — оживить пионера начала 70-х и проследить за его судьбой. Кем он мог стать в 80-е? Понятное дело — комсомольцем. А кем становились смышленые комсомольцы в 90-е годы? Естественно, бизнесменами. Что в начале 2000-х произошло с самым богатым российским бизнесменом? Ответ известен.
Аксенов из того же материала создал фантастическую сказку. Возникает вопрос: что хотел сказать автор? Что любовь может победить прокуратуру неизвестным науке способом?
Может быть, но пока писатель оставляет читателя в недоумении, заведя его в такой тупик, в такой мрачный туннель сегодняшней России, что ему, читателю, свет в конце туннеля — не виден.
Василий Павлович, похоже, и сам не очень понимает, о чём он хотел сказать своим новым романом. Если о том, что на Западе жизнь человека лучше, чем в России, то об этом можно и не писать, если о том, что время героев ушло, то это - очень грустно.